Будапештское: Как я был «новым русским»
May. 14th, 2005 12:14 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
churkanНа третий день Ференц, наш гид, переводчик и нянька в одном лице, попросил меня помочь в одном деле. Мол, его знакомая попала в щекотливую ситуацию, и я могу её выручить. Поинтересовавшись, не посадят ли меня за эту «ситуацию» и получив отрицательный ответ, я согласился встретиться с этой самой знакомой. Приехала какая-то смешная тетёха, по имени, скажем, Ирина, и поведала мне следующее:
Она занималась антикварным бизнесом и попыталась устроить крупную сделку. Какая-то венгерская старушка решила распродать фамильные драгоценности, среди которых имелась нехилая французская золотая брошь середины 19 в. с двухкаратным бриллиантом и кучей брюликов поменьше. Стоила эта байда, ни много, ни мало, 25 килобаксов. Ирина нашла покупателя, какого-то русского крутыша из Риги, уговорила знакомую хозяйку антикварной лавки официально организовать сделку, договорилась с представителем (видимо, родственником) старушонки о том, что тот изымет брошь из банковской ячейки и привезет её продавцу «на показать», короче, построила всю цепочку, но в последний момент покупатель «соскочил». И теперь, чтобы не выйти из доверия, ей до усрачки нужен незасвеченный русскоязычный человек небомжового вида, дабы понадувать щеки и изобразить из себя покупателя. Ну а потом она скажет, клиент передумал, но это будут уже не её проблемы.
Насчет «небомжовости» я позволил себе усомниться.
- Ну, положим, новые туфли вместо кедов я надену, как следует побреюсь и вонять буду не потом, а «Рокабаром». Но знаешь, обновлять исключительно ради этого только что купленный костюм – это уже чересчур. А джинсы у меня единственные и довольно потрепанные. Да и часики не такие, какие носят покупатели ржавья по 25 тонн.
- Не ссы, - заверила меня Ирина, - ты не в России, венгры на такое не заморачиваются. Главное – выказывай заинтересованность и задавай умные вопросы.
- Ну, это я умею. Постараюсь не очень сильно напиваться накануне.
Более или менее (скорее менее) честно исполнив последний пункт и приведя себя с утра в сравнительно цивильный вид, я пошел встречаться с незадачливой продавщицей. «Ну какой я, на хуй, мельник?» - кружилось у меня в голове. Войти в роль покупателя антиквариата получалось не очень. «Да будь у меня 25 кило грина разом, я не цацки сраные покупать буду, а поеду в кругосветное путешествие! Тем более, что ликвидность у этого говна весьма относительная». Но делать нечего: дал слово - держи.
Мы приехали в лавку, где нас встретила очаровательная барышня, что-то лопотавшая по-мадьярски и пытавшаяся в ожидании продавца втюхать мне за три тыщи роскошный серебряный портсигар австро-венгерской эпохи. Три тонны у меня на карточке, в принципе, были, но покупка портсигара с последующим месячным голоданием в мои планы не входила.
Наконец, явился продавец, мрачный дядя ростом с антикварный же шкаф. Мне сразу показалось, что по-русски он, по крайней мере, понимает, и я резко начал фильтровать базар.
Брошка была просто нереальная. В форме яблоневого листа, изящнейшей работы, из золота и платины с десятками мелких камней, а посередине – дрожащий на хитроумной подвеске цветок (как бы яблоневый же) с шикарным, отличной воды камнем. Я с умным изучил вещь при помощи лупы, сфотографировал ( снимки не вышли – руки дрожали), почитал описание, посмотрел в каталоге аналог.
И начал задавать вопросы.
В результате допроса с пристрастием выяснилось что, во-первых, происхождение вещи не подтверждено, а во-вторых и в-главных, поскольку вещь явно музейного качества, то законно вывезти её из Венгрии невозможно.
Тут я заныл, что мне не нужны проблемы с законом, что если меня примут на таможне, то я мало того, что влечу на бабки, так мне еще и прикроют въезд (последнее утверждение было рискованным, поскольку и Латвия, а я как бы оттуда, и Венгрия входят в ЕС), и что вообще я должен посовещаться со своим адвокатом в Риге и экспертом в Москве и дам точный ответ в течении недели.
Хозяйка и продавец скисли искренне, Ирина – скорее напоказ, мы раскланялись и я, в очередной раз отказавшись от портсигара, покинул магазин.
На улице я спросил у Ирины, достойна ли я изображал богатого иностранца с табуреткой. «Да, вполне», - ответила она.
«Тебе повезло, что ты нарвалась на профессионального лжеца, мне на работе за враньё приличные деньги платят», - сказал я, и мы пошли пить виски…
Она занималась антикварным бизнесом и попыталась устроить крупную сделку. Какая-то венгерская старушка решила распродать фамильные драгоценности, среди которых имелась нехилая французская золотая брошь середины 19 в. с двухкаратным бриллиантом и кучей брюликов поменьше. Стоила эта байда, ни много, ни мало, 25 килобаксов. Ирина нашла покупателя, какого-то русского крутыша из Риги, уговорила знакомую хозяйку антикварной лавки официально организовать сделку, договорилась с представителем (видимо, родственником) старушонки о том, что тот изымет брошь из банковской ячейки и привезет её продавцу «на показать», короче, построила всю цепочку, но в последний момент покупатель «соскочил». И теперь, чтобы не выйти из доверия, ей до усрачки нужен незасвеченный русскоязычный человек небомжового вида, дабы понадувать щеки и изобразить из себя покупателя. Ну а потом она скажет, клиент передумал, но это будут уже не её проблемы.
Насчет «небомжовости» я позволил себе усомниться.
- Ну, положим, новые туфли вместо кедов я надену, как следует побреюсь и вонять буду не потом, а «Рокабаром». Но знаешь, обновлять исключительно ради этого только что купленный костюм – это уже чересчур. А джинсы у меня единственные и довольно потрепанные. Да и часики не такие, какие носят покупатели ржавья по 25 тонн.
- Не ссы, - заверила меня Ирина, - ты не в России, венгры на такое не заморачиваются. Главное – выказывай заинтересованность и задавай умные вопросы.
- Ну, это я умею. Постараюсь не очень сильно напиваться накануне.
Более или менее (скорее менее) честно исполнив последний пункт и приведя себя с утра в сравнительно цивильный вид, я пошел встречаться с незадачливой продавщицей. «Ну какой я, на хуй, мельник?» - кружилось у меня в голове. Войти в роль покупателя антиквариата получалось не очень. «Да будь у меня 25 кило грина разом, я не цацки сраные покупать буду, а поеду в кругосветное путешествие! Тем более, что ликвидность у этого говна весьма относительная». Но делать нечего: дал слово - держи.
Мы приехали в лавку, где нас встретила очаровательная барышня, что-то лопотавшая по-мадьярски и пытавшаяся в ожидании продавца втюхать мне за три тыщи роскошный серебряный портсигар австро-венгерской эпохи. Три тонны у меня на карточке, в принципе, были, но покупка портсигара с последующим месячным голоданием в мои планы не входила.
Наконец, явился продавец, мрачный дядя ростом с антикварный же шкаф. Мне сразу показалось, что по-русски он, по крайней мере, понимает, и я резко начал фильтровать базар.
Брошка была просто нереальная. В форме яблоневого листа, изящнейшей работы, из золота и платины с десятками мелких камней, а посередине – дрожащий на хитроумной подвеске цветок (как бы яблоневый же) с шикарным, отличной воды камнем. Я с умным изучил вещь при помощи лупы, сфотографировал ( снимки не вышли – руки дрожали), почитал описание, посмотрел в каталоге аналог.
И начал задавать вопросы.
В результате допроса с пристрастием выяснилось что, во-первых, происхождение вещи не подтверждено, а во-вторых и в-главных, поскольку вещь явно музейного качества, то законно вывезти её из Венгрии невозможно.
Тут я заныл, что мне не нужны проблемы с законом, что если меня примут на таможне, то я мало того, что влечу на бабки, так мне еще и прикроют въезд (последнее утверждение было рискованным, поскольку и Латвия, а я как бы оттуда, и Венгрия входят в ЕС), и что вообще я должен посовещаться со своим адвокатом в Риге и экспертом в Москве и дам точный ответ в течении недели.
Хозяйка и продавец скисли искренне, Ирина – скорее напоказ, мы раскланялись и я, в очередной раз отказавшись от портсигара, покинул магазин.
На улице я спросил у Ирины, достойна ли я изображал богатого иностранца с табуреткой. «Да, вполне», - ответила она.
«Тебе повезло, что ты нарвалась на профессионального лжеца, мне на работе за враньё приличные деньги платят», - сказал я, и мы пошли пить виски…